Очень тревожный студент и проблемы психиатрической диагностики. Часть I.

(картина генерал-майора Николая Александровича Ярошенко "Студент" (1881 год). Наш студент немного не такой, но для иллюстрации сойдет)

К Вам на острое психиатрическое отделение поступает студент строительного техникума, 18 лет, по имени Константин и по довольно-таки необычной причине: поздним вечером пытался «пробиться» в закрытые двери психоневрологического диспансера. Двери были крепки, но крепок и молодой человек. Психиатрическая больница рядом, и при помощи охраны доставлен ночью в приемное отделение. Констатин был явно «не в себе», но вот что точно с ним «не так» сказать было трудно. После инъекции 4 мг галоперидола и 5 лоразепама выяснилось, что Константин хотел «замочить» своего психиатра за то, что дозы лекарств, которые были ему назначены, были слишком велики. А в диспансере он наблюдался по поводу депрессии. 

Утром у Вас на приеме сидит коротко подстриженный, мускулистый юноша, в глаза не смотрит, говорит «себе под нос», тихо и невнятно. Приехал из областного города, здесь живет в общежитии. Учится в удовлетворительно, ходил в спортзал, «качался» (то есть, занимался бодибилдингом), друзей или девушки не было. Проблемы начались около года назад. Тогда заподозрил, что у него опухоль головного мозга. Почему? Плохое самочувствие, тревога, чувствовал "удары" в затылке. Видел (один раз) какую-то тень на крыше соседнего дома, слышал какой-то крик (уже в другой раз) из отъезжавшего автобуса, что-то неприятное. Сделали МРТ, ничего не нашли. Назначили окзазепам 15 мг 1-2 раза в день, ципрамил 20 мг. Состояние же продолжало ухудшаться. Говорил псхиатру, что думает как-то необычно много, вспоминает отца, те моменты, когда он наказывал его физически в детстве, накатывает желание его убить, что иногда не видит другого выхода, как самоубийство, что хочет найти большой морозильник, свернутся в его углу и замерзyть.

И между тем и прочим оказалось, что уже некоторое неопределённое время он посещал «темную часть» интернета. В котором подростки со всего мира по-английски делились опытом и мыслями, как изготовить взрывчатку, стоит ли застрелить одноклассников и учителей, и как покончить с собой. Сам он ничего такого делать не хотел, но что-то в этом всем находил. А потом стал подозревать, что за ним следит «интернет-полиция» (возможно, что и есть такая). Подняли ципрамил до 40 мг. От ципрамила эффекта не было. Назначили оланзапин по 10 мг 2 раза в день.От оланзапина стал сонливым, засыпал «на парах» (на занятиях). И через неделю пошел выяснять отношения с психиатром. Вышеописанным странным способом.

Галлюцинаций сейчас нет, «наверное нет», говорит. Почему «наверное»? Объяснить не может. Депрессия есть? Отвечает, что нет, и по шкале Бека набирает только 9 баллов. Все сведения из анамнеза подтверждает. По поводу интернет-полиции – да, подозревал, но… кажется, что его это не очень-то беспокоит. Про «замочить психиатра» и вчерашний эпизод говорит, что что-то нашло, понимает, что поступал неправильно. Травмы головы – один раз в старших классах школы выпил много, упал, ударился, но ничего серьезного. А так обычно алкоголь употребляет редко, наркотики – никогда, курит по полпачки в день. Среди родственников психических заболеваний нет. 

Что же с ним?

1.      Дебют шизофрении

2.      Депрессия, возможно психотического уровня

3.      Тревожное расстройство

4.      Злоупотребление или зависимость от психоактивных веществ

Относительно легче всего исключить последнее. Несомненно, вещества, способные вызвать подобную симптоматику существуют, и люди склонны скрывать употребление психоактивных веществ, а некоторые современные «дизайнерские» наркотики лабораторными методами не выявить. Но наиболее распространённые наркотики, во всяком случае в ближайшее время Константин не употреблял. В моче только следы бензодиазепинов. И Константин сам не знает, что с ним происходит.

Депрессия психотического уровня... возможно. Хотя Константин говорит, что настроение сейчас «нормальное». Можно, конечно, посчитать, что он депрессию скрывает, чтобы поскорее выйти из больницы (психиатрическая больница - не самое приятное место). Обычно, все же, если человек говорит, что у него нет депрессии, то, по всей вероятности, так и есть, если нет каких-то особо веских оснований подозревать обратное. 

Тревожное расстройство… Для Константина основная проблема, как выясняется, это тревожность, иногда тревога интенсивная и невыносимая. Что же для него тревога?  Беспокойство, необходимость что-то делать и двигаться, хотя обычно при этом Константин остается на месте и ногами-руками не двигает. Само по себе тревожное расстройство - диагноз исключения, так как тревогой сопровождаются многие расстройства. И для тревожного расстройства что-то многовато всего.

Остается шизофрения. Бедность социальных контактов, что-то вроде бреда, тревога… Но диагноз, если Вы не горячий сторонник концепции вялотекущей шизофрении, поставить на основании этого не удастся. Потому что все это на бред не тянет, расстройств восприятия нет, с учебой Константин справляется. Забегая вперед, позже приехали родители, выяснилось, что Константин всегда был такой, в глаза не смотрел, жил без друзей и особых увлечений, хотя в последние два года стал с одной стороны более замкнутым, с другой, пытался общаться с однокурсниками и встречаться с девушками (вот так противоречиво). В детстве психолог обследовал на предмет аутизма, но не подтвердили. 

Учитывая вышесказанное, что же скорее можно поставить предварительно?  

1.      Расстройство настроения, неуточненное.

2.      Тревожное расстройство, неуточненное

3.      Психотическое расстройство, неуточненное.

4.      Расстройство аутистического спектра.

А пока что Константин госпитализирован в недобровольном порядке…. (продолжение следует).